Возведя в добродетель Закон,
Но когда всходило солнце,
Закон позволял им стрелять.
Константин Кинчев.
Почему Христос родился в Вифлееме, а не где-нибудь еще? Не в Риме, например? Почему Свет Истины впервые озарил мир именно из периферийной Иудейской провинции Римской Империи, а не из другой какой-нибудь земли? Все это произошло таким именно образом для того, чтобы мы, христиане, не сомневались в собственной нашей силе. И враги тоже.
Христос даровал людям две главные святыни: Любовь и Меч. А еще – свободу распоряжаться ими согласно голосу совести. И вот этот момент лег в основу той религиозной революции, что совершило Христианство. Смысл происшедшего – в победе Свободы над Законом, Живого Слова над мертвым текстом догмы. Книжники и фарисеи отлично понимали это, требуя распятия Христа. Не поняли они только одного: Крест ведет к Воскресению. К торжеству Жизни. Поэтому Спаситель явился среди иудеев, адептов регламентирующего абсолютно все стороны бытия учения-закона, чтобы на смену ветхому «распорядку дня» явно, на глазах у всех пришла Свобода Воли. Воля к сотворению нового.
Христианство продемонстрировало бессилие Закона по отношению к горению сердца человеческого, в котором взошли ростки Веры. Уверенность в бессмертии души обезоруживала палачей. Чем они могли напугать первых христиан, раз смерть уже побеждена – только болью. Но что такое мгновения боли, если впереди – Вечность? Крест, пасть льва, котел с кипящей смолой – сущие пустяки по сравнению с геенной огненной, ожидавшей гонителей Новой Веры. Но даже они получили шанс на спасение, свободу выбора. Так Савл стал Павлом.
Меч – оружие против собственной гордыни, ведущей в сумрачный тупик. Меч – это смирение. Пока Вы на каждом углу орете, что круче всех на свете – Вы уязвимы со всех сторон. Смирившись же с собственным несовершенством на данный момент, Вы уже защищены, вооружены и можете стать лучше. Любовь к ближнему неизбежно толкает нас на путь самосовершенствования. Иначе как же мы сможем помочь тем братьям и сестрам, что нуждаются в нашем участии?
Современное государство (в широком смысле) является, безусловно, ветхим храмом Закона. Традиционный монарх, царь, самодержец не был скован кандалами «законности», оперируя лишь Волей и Совестью. Феодальная этика допускала (конечно, с определенными оговорками) доверительные отношения между властителем и подданным, чье сосуществование и взаимодействие освящалось Церковью. Сегодня государство, этот «искусственный интеллект», напуганное глобальными вызовами XXI века, пытается защититься от них буквой всевозможных предписаний, маниакально увлекшись законотворчеством. Парламентарий – тот же фарисей, только в костюме и галстуке. Вместо почерневших от времени свитков теперь – увесистые тома конституций и кодексов, отпечатанных на белоснежной бумаге. Отличие в том, что в наше время Закон находится в процессе перманентного самовоспроизводства, настроен на непрерывную экспансию по отношению к любым аспектам частной и общественной жизни. Книжники-парламентарии пытаются весь мир втиснуть в прокрустово ложе конституционных норм. Предпочтение, как всегда, отдается запретам делать то и это. В конце концов, они откажут самим себе в праве на законодательную инициативу, что станет апокалипсисом нынешней государственной системы.
Свобода воли гражданина, истинного хозяина демократического государства, сегодня практически поставлена вне закона. Свобода Нации, единственного легитимного субъекта власти, отсутствует в принципе, и стремление к ней объявлено «новыми фарисеями» преступлением. Таким образом, государство, как механизм обеспечения национальной жизнедеятельности, уничтожает само себя и дегенерирует, превращаясь в обычную тюрьму – для народа и гражданина.
Христианство не боролось с государственной властью. Поначалу оно примирило волю и закон: «Кесарю – кесарево, а Богу – Богово». Смирившись с несправедливостью сильных мира сего, христиане изнутри победили враждебную Систему и сделали государство своим. Сила Веры одолела мощь вооруженных до зубов легионов. Тысячу с лишним лет спустя гордыня формально христианских властей привела к социальному регрессу, выхолащиванию свободного творческого начала из национального бытия. Когда все прописано и максимально ограничено параграфами статей соответствующих нормативных актов, когда Нация низводится до уровня «электората», а личность гражданина нивелируется и умаляется до цифры в таблице статистических данных - тогда демократия становится Молохом. А народный вождь – «великим инквизитором».
Национальное единство – это не парад униформистов, не безличие шеренги зеков, объединенных правилами поведения в колонии общего/строгого режима. Национальное единство – симфония народного многообразия, осознание причастности к большой Семье при сохранении неоспоримого права на групповые и личностные различия. Нация в XXI веке не станет в очередной раз тупо маршировать «вперед к светлому будущему» и спускать «крамольную литературу» в гигантские потешные унитазы. Народ состоит из людей, каждый из которых – образ и подобие Божие, наделенный Создателем свободной волей.
Свобода воли – как раз то, что отличает настоящую демократию, народовластие от пресловутой «диктатуры закона». Социальная дисциплина не является следствием бюрократического террора «новых фарисеев», а вытекает из гармоничного и взаимовыгодного сотрудничества граждан, Нации и государственных институтов. Христианская любовь к ближнему, милосердие и патриотизм, любовь к Родине – понятия идентичные и неразрывные. Тюрьму же любить нельзя. Из-под палки никогда не удастся построить сильное гражданское общество как основу эффективного современного государства, способного выстоять в грядущих социально-экономических катаклизмах планетарного масштаба.
Энергичные поборники западных либеральных ценностей не предлагают абсолютно никакой альтернативы Молоху. Они просто хотят вновь «порулить»: «Мы напишем лучшие законы, дайте власть нам!» - кричат эти лукавые менеджеры экономического рабства. Но мы отлично помним годы их правления, так что, господа – спасибо, нет! Либералы стращают нас сценами из романа Оруэлла «1984». Зачем? Наступившую реальность еще раньше прекрасно описал Франц Кафка в «Процессе» и «Замке». Абсурд стал нормой Закона…
Свобода – фактор, определяющий естественный порядок вещей. «Диктатура закона» же несет народу хаос беззакония, произвол «великих инквизиторов», когда официальное правосудие тотально противоречит Справедливости. И наше стремление к свободе – христианский долг, а не просто желание жить лучше.
Не надо устраивать истерик, когда «новые фарисеи» в очередной раз запретят нам что-нибудь. Все идет по плану. Чтобы разобраться в ситуации и успокоиться, перечитаем внимательно Откровение Иоанна Богослова – там содержится необходимая нам информация к размышлению. Мы не питаем иллюзий относительно ближайшего будущего. Но мы также не сомневаемся в нашем окончательном триумфе.
У Системы есть многое: конституция, прокуратура, суды, армия, ОМОН, тюрьмы, резиновые дубинки и телевидение. Но все это – лишь формы организованного насилия над гражданином и Нацией. Агрессия государства-мутанта вызывает ответное сопротивление народа. Зарвавшийся и упоенный собой недальновидный бюрократ получит в результате войну, в жерновах которой он, как сорный камешек, раскрошится в момент. Мы же, слава Богу, владеем намного более действенным оружием: Мечом нашей Свободы. Когда, вдохновившись примером первых христиан-мучеников, мы приведем свои души к смирению, а через него – и к бесстрашию, Молоху нечего будет нам противопоставить. Религиозное отношение к жизни сильнее липкого страха перед уголовным наказанием. Холодную ненависть поборем горячей Любовью. Мы будем любить наших врагов так сильно, что это станет для них смертельно!
Не важно, что мы по-прежнему спорим между собой о том, кто понимает Абсолют лучше и точнее других. Я смотрю на мир глазами православного христианина. Мой брат по оружию вполне может трактовать реальность, оперируя вербальным кодом Корана. Другой товарищ черпает жизненную энергию из общения с Природой, касаясь ладонью коры древнего дуба… Все это правильно! Бог един и он, в конце концов, помирит нас. Остается актуальной проблема с атеистами, но в этом случае требуется время: они, как правило, признают нашу правоту лишь после собственной физической смерти… А пока просто помолимся за наших неверующих братьев. Ну, и по-булгаковски можем еще пошутить: «О, как интересно!»
Нас не соблазняют проценты, полученные в результате нечестных выборов. Теперь, после отмены порога явки избирателей, каждого «неблагонадежного» гражданина могут запросто перехватить «под белые рученьки» на пути к урне для голосования. Ленин опять победил: «Лучше меньше, да лучше!» Нам нужна вся Власть целиком, ибо мы по праву наследуем землю.
Когда наши бренные тела станут бесполезны, а бессмертные души обретут измерение Вечности, мы будем держать ответ – за все, что сделали и не сделали. Бог станет судить каждого из нас, а присяжными выступят наши предки. Мои деды, Олег и Федор, чьи старания и подвиги усиливали Державу Российскую, спросят меня: «Ну, чем похвастаешься, внук?» Я не хочу гореть от стыда перед ними. Уверен, что и Вы тоже – перед своими предками.
Версия для печати
Рейтинг: