Первое. Четкое позиционирование армии как авангарда народа, как силы плоть от плоти народа. План Рохлина это не вульгарный военный переворот в латиноамериканском стиле. Это выступление масс под руководством армии. Все эти положения в самом общем виде были сформулированы на первом съезде Движения в поддержку армии (ДПА). Второе.
Генерал Рохлин очень тонко дал понять в своей речи на первом съезде, что армия не допустит расправы ментов и прочих «внутренних словиков» над народом. Это противопоставление армии другим «силовикам» было дано очень тонко, исподволь, но, тем не менее, понятно тем, кому это адресовалось. Третье. В плане Рохлина была задействована отнюдь не вся армия. От большинства армии требовался дорожелательный нейтралитет. Четвертое. В развитие высказанного в самом общем виде тезисе о единстве армии и народа Рохлин стал истино общенародным лидером. Его лидерство фактически признали все стачкомы страны. Но здесь есть два нетривиальных момента.
Момент первый. Генерал был настоящим народным лидером. И общался с народом на различных массовых мероприятиях. Момент второй. Это, однако, отнюдь не означало, что генерал наивно надеялся на народную самоорганизацию. Психологически публично выглядев настоящим народным вождем, генерал в конкретных планах и делах имел дело с обладателями соответствующих организационных ресурсов. А именно, тогда, в 1998 работодатели и ряд региональных руководителей исподволь поддерживали и, более того, сами инициировали стачечное движение и акции массовых протестов. И генерал имел дело именно с этими реальными руководителями якобы стихийных массовых выступлений.
Для примера достаточно сказать, что генерал должнен был в 11 часов в тот день, когда его настигла предательская пуля, конфиденциально встречаться с …. не поверите, мэром Москвы Лужковым. Пятое. Лев Яковлевич прекрасно понимал, что успех возможен только в случае благоприятного стечения обстоятельств. И точно расчитал кризиные явления, которые в итоге привели к дефолту в августе 1998-го. Он намеревался использовать кризис. И, более того, подтолкнуть его. Одновременно он внимательно следил за внутриэлитными противоречиями и планировал использовать их для легитимизации результатов своего выступления. Реализацией всех эих тезисов был следующий конкретный план. 20-го июля 1998 года начать одновременные массовые акции протеста в различных регионах. Протестующие должны были выдвигаться к Москве колоннами, по пути перекрывая дороги.
В итоге Москва должна была быть взята в кольцо протестующими колоннами. Но в саму Москву колонны не должны были входить, они должны были сконцентрироваться по «кольцу Рохлина», перекрыв транспортные узлы примерно в 100-километровом радиусе. Такие как Коломна, Вязьма и т.п. Такое расположение протетсных масс должно было обеспечить возможность выборочной блокады грузопотоков на Москву. Кризис, вызванный этим фактором должен был подтолкнуть события, которые в итоге и так привели к дефолту. Который состоялся в августе 1998-го, но при реализации плана Рохлина должен был разразится в конце июля (политическая нестабильность всегда подталкивает экономический кризис во всех его проявлениях).
В атмосфере общего кризиса стачкомы и ряд региональных руководителей должны были обратиться к армии. Что-то типа знаменитого из военных лет: «Воин Красной Армии, спаси!». И относительно небольшие, в 2-3 дивизии, силы откликнулись бы на этот призыв при доброжелательном нейтралитете остальной армии и недоброжелательном, но тоже нейтралитете предупрежденных об «ответственности» ментов. Которые знали в общих чертах как любил генерал применять тяжелое оружие. И у которых не было никаких возможностей противодействия этому. Почему проиграл Рохлин? Из-за предательства.
В его официальном окружении была масса скрытых ельцинистов. Кроме того, красные, с которыми он не мог порвать в преддверии массового использования рабочего движения, всегда хотели подставить генерала. Что, кстати, неоднократно делали еще до его гибели. В итоге в таком тесном кольце реальных и потенциальных предателей и стало возможным организованное Кремлем убийство. Генерала предупреждали о нем. Но он поступил не рационально, зато по-рыцарски, сказав: «Если я сейчас спрячусь, то не буду иметь морального права отдавать вам приказания 20-го июля».
Вот такой сценарий. Заметим, мы могли бы подробно обосновать все кратко сформулированные здесь тезисы. Но не станем делать этого по вполне понятным и отчасти уже объясненным выше причинам. Анализируя этот план, который вполне мог бы реализоваться, мы хотим сделать один вжный вывод. В плане Рохлина не было абстрактных целей. Каждое действие было подчинено принципу «что должно быть в результате данного действия». Публичные мероприятия типа первого съезда ДПА? Да, но не для того, чтобы просто «пожаловаться» на «злобу властей» и завоевать дешевую популярность, а чтобы передать конкретные «послания», предложения и предупреждения тем, кому надо.
Массовые акции? Да, но не просто, чтобы кого-то «попугать» или что-то «продемонстрировать», а чтобы провести смотр сил. Кто, где, скольких может выставить, и какая часть из этих демонстрантов и пикетчиков готова к маршу на Москву. Армейские демонстрации 9-го мая 1998-го? Да, но не для того, чтобы лишний раз поплакаться об «утраченной победе» вместе с ветеранами, а чтобы застолбить нейтралитет армии на маршрутах конкретного выдвижения верных частей, проведя смотр готовности и степени влияния военной общественности ДПА в заданных точках. Контакты с авторитетными региональными противниками Ельцина? Да, но для достижения конкретных договоренностей с ними, а не для пошлого накачивания своего авторитета.
Если мы с этой точки зрения рассмотрим действия любой, подчеркнем, любой, оппозиции после 1998 года, то увидим, что в отличие от акций генерала Рохлина эти действия бессистемны и, в сущности, бессмысленны. Так, пиар и попытки сначала «накачаться» неким оппозиционным лидерам. А потом, увы, «продать» свой авторитет Кремлю. Иным эта вульгарная, не имеющая никакого смысла для спасения страны и народа, торговля, удавалось. Например, Рогозину. Но большинству других не удалась даже эта вульгарщина. Увы, увы. Возвращаясь к примеру генерала Рохлина в контексте возможной активности армии для инициации проекта «Срочный ремонт», заметим, что ситуация сильно изменилась.
Буквально повторять этот план нельзя. Читатель ждет от автора аналогичного плана для потенциальных последователей генерала Рохлина? Увы, автор не знает нынешних раскладов сил в армии, в региональных элитах и т.д., и т.п. Да и знал бы, не вывалил все это в открытой сети. Для чего предупреждать тех, кто планирует противодействие такому варианту спасения моей страны. Страны, которуя я люблю и ненавижу одновременно. Впрочем, это лирическое отступление. А по существу можно только дать некие самые общие принципы реализации подобных планов. Первое. Использование кризиса. Грамотное, профессиональное, полномасштабное.
Второе. Координация усилий военных и гражданских, мягко выражаясь «оппонентов» нынешнего режима, сторонников проекта «Срочный ремонт». Третье. Четкое планирование по целям, месту и времении проведения мероприятий. С обязательным ответом на вопрос: «Чего мы достигнем в результате того или иного действия». Без тупого политиканства и бесцельного пиара. Четвертое. Соблюдение мер безопасности для руководства проекта. Увы, придется пожертвовать рыцарством, но риска для лидеров надо избежать любой ценой. А теперь, главный вопрос. Имеются ли вообще в нынешней России люди, готовые и одновременно, обладающие возможностями, организовать такой проект? Не знаю.
И на этом заканчиваю анализировать маловероятные сценарии для оптимистов. Перейдем теперь к гораздо более вероятным сценариям развала РФ, предварив их целым рядом предварительных замечаний.
Версия для печати
Рейтинг: